Балаха
РЕГИСТРАЦИЯ

СобытияНовостиУдивительные судьбы наших соотечественников
 
Повесть о настоящем человеке... мирное время...

 

Она живет среди нас…

Молодая женщина, на первый взгляд, ничем не отличающаяся от многих…

И мало кто знает, через какие испытания в жизни ей пришлось пройти…

Но она, как и прежде, дарит любовь и заботу тем, кого постигла беда…

 

 


         Детство Ольги Ивановны Смирновой вначале ничем не отличалось от детства любого ребенка из «кочующей» семьи военного. Она родилась среди озер и лесов Белоруссии. И в тот зимний предпраздничный день 22 февраля ничто не предвещало беду, родители, как обычно, поехали за подарками, а восьмилетняя Оля еще не знала, что впереди всю ее семью ждут тяжелые испытания. Зима, гололед … машина перевернулась 9 раз, падая с высокого откоса. Реанимация. Перелом основания черепа. Девять дней в коме. Пришло сознание, но… маму Оли окружила полная тишина. В возрасте 28 лет она полностью оглохла. … Маленькая Оля стала поводырем и переводчиком мамы.

 

        Родители категорично возражали против того, чтобы дочь работала с глухими, поэтому ей пришлось поступить в МИСИ. Но Оля, понимавшая, как никто, все проблемы глухих людей, видела свое призвание в другой нише. Поэтому и в МИСИ она выбрала факультет, связанный со слухом - акустика сооружений. Однако, проходя ежедневно мимо Сурдологического центра, она оказалась бессильной: душа болела и звала ее туда. Не в силах больше бороться с этим, Ольга бросила на последнем курсе институт и устроилась на работу в этот центр. Одновременно поступила в медицинское училище и закончила его с отличием. «Мне всегда хотелось заниматься дефектологией. – Вспоминает Ольга Ивановна. – И я с красным дипломом направилась в Заочный вечерний Московский Государственный Педагогический Университет им. Шолохова на кафедру дефектологии». Но не тут-то было... До сих пор Ольга Ивановна хранит заявление, где ректором сделана уникальная запись: «Если поступят все троешники и останется место, тогда примут и Вас». Сказав мужу, что это последняя попытка, она поступила с третьего захода. Закончив экстерном с красным дипломом и отказавшись от предложения остаться в аспирантуре, она оканчивает еще и факультет специальной психологии. «Есть психология аномалий – психология глухих, умственноотсталых, слепых. К сожалению, массовые психологи не могут работать особенно с нашей категорией. Совершенно другой уровень мышления, восприятия, другие скоростные реакции, скорость мыслительных процессов и прочее». Затем преподавание специальной психологии для сурдопереводчиков в учебно-методическом центре Всероссийского общества глухих. Одновременно Ольга Ивановна приняла предложение открыть филиал нижегородского сонтологического центра. С 1995г., когда центр практически «умер», она берет бразды правления в свои руки. Обещания помогать так и остались обещаниями. Первые 2 года немного помогал Пенсионный фонд и Министерство соцзащиты. А затем … безденежье. Выжить и сохранить все то, что было в учебном центре, помогла медицинская часть. В уставе центра «Отофон» есть строка: приоритет при приеме на работу отдается глухим. Устав строго соблюдается и только такие специалисты, как врач, психолог, педагог - слышащие. Все сотрудники владеют жестовым языком и имеют высшее образование. Несмотря на тяжелое материальное положение, в центре постоянно оказывается благотворительная помощь. И…

 

            Работая с детьми из разных регионов России, Ольга Ивановна не могла остаться в стороне от бедственного положения региональных школ для детей с нарушением слуха. Находя спонсоров, она спешила доставить на места необходимое оборудование и аппаратуру, деньги для ремонта зданий и прочее, вплоть до книг и тетрадей… 9 лет назад, через 2 месяца после нашей первой встречи, в один из ноябрьских дней она возвращалась после посещения двух школ. Калужское шоссе… ненастный осенний день… сутки без сна… машина сорвалась с моста на железнодорожное полотно… Газель, переворачиваясь, настигла выпавшую из нее Ольгу Ивановну на железнодорожной насыпи и буквально похоронила ее под собой… Сначала Ольгу Ивановну, пострадавшую больше всех, и ее спутников доставили в деревенскую больницу. Однако их быстро нашли и перевезли в Москву. Врачи института неврологии на Волоколамке самоотверженно боролись за жизнь Ольги Ивановны. Через 9 суток она пришла в сознание, но… единственное что осталось целым и невредимым ясность ума. Перелом шейного и грудного отдела позвоночника … ребра отошли от позвоночника, вышла артерия,… парез правого глаза,… левая сторона тела практически парализована, все переломано и отбито… инвалидная коляска и корсеты…

 

            Ее готовили к операции, для проведения которой необходимо было исследование сосудов. Специализированное оборудование имелось только в институте им. Бурденко. Надо было ждать. В это время по протекции знакомых муж буквально принес ее для осмотра к двум врачам из Китая, находившимся в Москве буквально один день. Обследовав ее без какого-либо оборудования, на простом листе бумаги они составили схему позвоночника с проблемными зонами и сказали – «Беремся, чуда не обещаем, но сама ходить будет». Но… не предъявили счет, чем добили мужа Ольги Ивановны: раз не берут денег, значит, нет никакой надежды. Листок бумаги перекочевал в карман его пиджака, и был предан забвению. Однако, когда через 2 месяца в институте им. Бурденко сверхсовременная аппаратура выдала близнеца этой схемы, он стал настаивать на поездке в Китай.

 

            Ни во что не веря, но уступив мужу и знакомым, и, несмотря на возражения лечащих врачей, Ольга Ивановна отложила операцию и поехала в Китай, где один из тех докторов категорически отказался от нее – слишком много времени было потеряно: после аварии прошло 10 месяцев и более полугода после их осмотра. А второй сказал: «Попробую, но, если через 10 дней положительных сдвигов не будет, значит все…» Все эти дни она молилась всем богам на свете. Консилиум врачей собирался неоднократно,… Сдвигов не было. Результатов последнего она ждала как приговор. Заседание шло очень долго. Наконец она услышала: «Есть мизерный положительный сдвиг. Мы попробуем, но Вы должны остаться как минимум на три месяца».

 

            «Что со мной делали одному Богу известно. Было очень больно. Я очень долго лежала… еда специальная… лекарства. Я была одна среди китайцев, прикованная к постели, но жестовый язык - великая вещь, его понимают во всем мире». И обзор у Ольги Ивановны, лежащей на спине, был невелик, тем более что правый глаз буквально находился на носу. Стены палаты, лица врачей и медсестер, кусочек неба в окне… и вдруг через месяц в поле ее зрения попадает книга, лежащая на тумбочке справа. «Поющие в терновнике» - автоматически прочла Ольга Ивановна, и моментально поймала себя на мысли  -  «Правый глаз видит!»

 

            В Москву она возвращалась 28 декабря с парой свитеров, брюками, тренажером для позвоночника, сделанного под нее, кучей лекарственных препаратов и с высокой температурой. «Всю дорогу мне не давала покоя мысль, что я буду делать на таможне? Несмотря на то, что у меня была папка с оформленными на меня документами на лекарства, вес груза настораживал - 137кг.! А денег у меня не было ни копейки. Тем более, когда меня подняли, от стресса поднялась температура, а вокруг свирепствовала атипичная пневмония!» К Ольге Ивановне подходили не раз и в самолете и в аэропорту – «Вам плохо?». «Больно мне и тяжело» – отвечала она, глотая жаропонижающие и обезболивающие препараты, которыми снабдили ее врачи перед дорогой. Чемоданы с лекарствами просветили и пропустили… Муж, увидев ее, остолбенел… «Я уезжала в корсетах, с сопровождающим…голова на плече…глаз не видит, а сейчас шла к нему с палочкой, правда потихоньку, но сама и прямо». Да, китайские медики совершили чудо, но и они оказались бы бессильны, если бы не настойчивое желание самой Ольги Ивановны: «Я не могла вернуться с плохими результатами, все так надеялись…».

 

            И все это время, вне стен больниц, она выходила на работу. «Это меня и спасло. Меня привозили, дотаскивали, я снимала корсеты, садилась и работала. В моем кабинете лежали одеяло и подушка, периодически меня укладывали на полу отдохнуть». Несколько раз, не удержав, ее роняли. Она скулила от жуткой боли, сотрудники плакали. У пациентов при встрече с ней в коридоре на глазах наворачивались слезы… Но душевная боль оказалась гораздо сильнее физической. На 9-ый день после аварии скоропостижно скончалась ее мама, а через 40 дней не стало и отца. До сих пор ей тяжело, что она не смогла их проводить в последний путь. Некоторые из очень близких друзей, которых она знала многие годы, посетив ее в больнице после аварии, ушли не только из палаты, но и навсегда из ее жизни, заживо похоронив Ольгу Ивановну. Многие просто перестали ее узнавать при встрече. Слыша за своей спиной и от некоторых коллег из других центров «Господи, такое уродище, и на работу еще ходит», она скрипела зубами и шла дальше, потому что, если бы позволила себе расслабиться, сама себя бы похоронила заживо. Надо было бороться, и рядом с ней остались те, кто был настоящим другом. Удивительно, но именно инвалиды оказались на высоте. Сотрудники Центра«Отофон» наравне с ее семьей кормили с ложечки, переодевали, мыли,… поднимали, учили ходить заново.

 

            Ольга Ивановна не прекращала работу и будучи прикованной к постели, как в Москве, так и в Китае. Интернет, телефон… Маленький ноутбук клала на грудь и … все прятала от врачей. «Со временем сняли корсеты и с шеи, и с ноги, и с груди. Их можно одевать, когда устаешь, но нежелательно: мышцы отраффируются. Поэтому и не надеваю. Сейчас я и автомобиль вожу, правда, нога только одна действует нормально. Пришлось приобретать машину с автоматическим управлением. По прямой хожу нормально без палочки, только профессионалы могут заметить, что чуть приволакиваю ногу. Даже бегаю, начала одевать обувь с небольшим каблучком, а  вот перешагивать никак… И по лестнице – ужас! Боль адская, особенно спускаться, ведь амортизации позвоночника нет». Еще в период хождения на костылях Ольга Ивановна не оставалась сторонним наблюдателем на всех корпоративных и дружеских мероприятиях. Принимала участие и в игре в… футбол. «Мне доверили ворота. Я и мячи отбивала… только левой рукой, поэтому наша защита старалась не «подпускать» ко мне мяч справа» - смеется она, рассказывая, а соседи буквально застыли в шоке, когда увидели ее на детских лыжах. «Я и на ноги встала раньше, чем положено. Таблеток напьюсь,… больно,… скулю, но иду. У некоторых шок, а мне двигаться надо… иначе все. Самое страшное для меня в жизни – это стать обузой кому-то. Пусть ползком, но двигаться…».  И плевать, что после аварии в выписке из больницы написали – «двигаться по территории кровати», она на «старый новый год» уже сама пекла пироги. «Несмотря на то, что и дочь взрослая и муж, есть некоторые вещи, которые хозяйка обязана делать сама. Поэтому… один глаз только видел, голова на плече лежала, а я… пироги не очень красивые получились, но вкусные…».

 

            Сегодня многие моменты Ольга Ивановна с сотрудниками вспоминают со смехом. Она шутила и в самые тяжелые периоды своей жизни, чтобы приободрить окружающих ее людей. И только когда речь заходит о проблемах инвалидов, в ее глазах, как и прежде, появляется боль. Поистине молва – самая эффективная реклама, поэтому в центр «Отофон» пациенты едут со всех регионов страны. Для многих он является последней инстанцией. А Ольга Ивановна все также стремится на помощь к людям с проблемами слуха, постоянно посещает региональные спецшколы, везет им гуманитарную помощь, сопровождает туда приглашенных ею же специалистов, ищет спонсоров для этого благого дела.


         «С миру по нитке… Кто-то крышу поможет отремонтировать или пол, другие – купить необходимое оборудование… Они с радостью принимают любую помощь, ждут нас как родных.

         Ребенок родился не слышащим – это не значит, что он родился глухонемым. Если с ним не заниматься, то он останется немым. Система обучения в России этой категории лучшая в мире. Диагностика, протезирование, надеть аппарат и научить говорить. И немым он не будет.  Но бывает так: ходят к врачу, мальчик молчит, врач объясняет, что мальчики позже начинают говорить. Ждут до трех лет. Когда приводят ребенка к нам в 3-5 лет, время уже потеряно безвозвратно. А дальше цепная реакция: без речи специфично развиваются мыслительные процессы, страдает конкретное мышление. Физически такие дети развиваются, как и все, а умственно намного медленнее…

         С момента рождения такой ребенок сталкивается с жестоким миром. Дети дразнят и обзывают, не понимая, что это беда. Кому-то везет: друг помогает отбиваться, либо сам физически сильный. А кому не повезло? Стая заклюет. Они начинают воспринимать нас как агрессивную среду. Замыкаются в себе и держат оборону. И начинается деление по признаку национальности глухой. Взрослым не легче. Человека научили говорить, получил высшее образование, но проблемы общения по телефону и коммуникации есть. На работу не принимают, потому что глухой (хотя более внимательных и трудолюбивых сотрудников трудно найти), а инвалидность не дают, потому что говорит и есть высшее образование. Нонсенс. Да и не всегда проблемы слуха бывают врожденными, они могут появиться в результате заболевания и травмы, как у детей, так и у взрослых. А от этого никто не застрахован ».

ПОИСК ПО ФИРМАМ
 
Добавить фирму
 
За добавление актуальной информации Вы получите до 20 Балахов
 
ФОРУМ
 
 Балахи и как их получить
1133030 24 ноября в 12:28
 Снимем квартиру
evseeva 21 июня в 09:40
 Стрижка собак и кошек без наркоза
naletova 16 октября в 12:47
 IrinaIfMeg
IrinaIfMeg 28 февраля в 01:26
 Прикольные рассказы
kombat 18 декабря в 00:27
 Анекдоты
kombat 18 декабря в 00:14
 Мисс Декабрь!!!!!!
Tashka 17 декабря в 20:12
 Handmade
Tashka 17 декабря в 19:48
 КОНКУРС "Handmade"
fly-fenix 17 декабря в 15:54
 новый вид конкурсов "Блиц-опрос"
krevenko 17 декабря в 15:16
 Билет - Кремлевская елка(родитель+дитя)
krevenko 17 декабря в 13:06
 Пролам фотоаппарат Sony a300 Kit
Werewolf 16 декабря в 17:38
 Какой режим дня у Вашего ребенка?
skiper_zver 16 декабря в 16:44
 Кафе и рестораны
limon4ik_01 16 декабря в 16:37
 Новогодние Ёлки
Milena 16 декабря в 15:01
© 2008-2009 Городской портал Балаха.ru Контакты Размещение рекламы Рейтинг@Mail.ru